UCOZ Реклама

Энциклопедия "Новые религиозные организации России деструктивного, оккультного и неоязыческого характера"


Отчет от 17 марта 1994 г. о работе группы специалистов по поручению Комиссии по правам человека при Президенте РФ по группе Столбуна

В феврале 1994 г. группа специалистов-экспертов от Независимой (ассоциации детских психиатров и психологов (НАДПП) по поручению Комиссии по правам человека при Президенте РФ провела обследование учащихся, условии их обучения, воспитания и оказания им медико-психологической помощи в Ступинской экстерной школе-интернате (СЭШИ).

Основная задача, поставленная Комиссией, заключалась в установлении возможных Фактов нарушения прав детей в СЭШИ, на что указывали материалы, предоставленные экспертам.

Эксперты группы трижды выезжали в СЭШИ, где провели обследование условий обучения и содержания детей, изучили всю предоставленную администрацией интерната документацию, запрошенную экспертами, провели по разрешению администрации интерната психиатрическое обследование 17 учащихся, психологическое и патопсихологическое тестирование методиками Mini-mult, тестами Равен, Люшера и рисуночным тестом (в общей сложности у 55 детей из 126 обучающихся на момент обследования). Выборка может быть признана репрезентативной, т.к. включала всех детей (16 чел.), которым были установлены специалистом СЭШИ психиатрические синдромальные диагнозы, всех детей (19 чел.), которые рассматривались в СЭШИ как имеющие психические нарушения субклинического уровня, и контрольную группу (20 чел., по 10 из каждого учебного потока) из детей, не имеющих врачебного заключения о психиатрическом диагнозе или назначении электропунктурной процедуры (ЭПП). Пригодными для обработки признаны результаты тестирования 50 учащихся.

Необходимые вопросы, которые должна была осветить психолого-психиатрическая экспертиза СЭШИ:

1. Адекватность постановки задач по лечебно-коррекционной работе с детьми и применяемых методов современному научному уровню в данной области;

2. Соответствие методического, организационного и кадрового обеспечения уставным задачам в плане коррекционной медико-психологической работы с детьми и их семьями;

3. Наличие необходимой диагностической и лечебно-коррекционной документации и ее качество;

4. Система оценок эффективности проводимой работы;

5. Соответствие экспертной диагностики собственной диагностике, проведенной специалистами СЭШй (на репрезентативной выборке из обучающихся в СЭШИ детей и подростков);

6. Соответствие экспертной оценки результатов коррекционной работы СЭШИ мониторингу, осуществляемому ее специалистами.

РЕЗУЛЬТАТЫ ОБСЛЕДОВАНИЯ

1. Общая обстановка

СЭШИ располагается в благоустроенных помещениях бывшего пионерского лагеря, в целом соответствующих санитарным нормам. Отсутствуют классные комнаты. Преподаватели, воспитатели и основная часть персонала со своими семьями проживают на той же территории.

Главное, что обращает на себя внимание при наблюдении за детьми это потрясающее единообразие в общении, внешних поведенческих проявлениях, подчеркнуто корректных и уважительных, полное отсутствие естественной для подростков неровности в эмоциональных и поведенческих реакциях, удивительно непривычная для данного возраста поголовная дисциплинированность на занятиях и при обследовании, абсолютно однообразный самоотчет о своем благополучном существовании и комфортности межперсональных взаимоотношений.

Имеется медпункт с врачом-педиатром, который ведет медицинские карта на каждого учащегося. В некоторых медицинских картах имеются записи врача В.П.Стрельцовой с указанием психиатрической синдромальной диагностики или без таковой, но с назначением всем этим детям ЭПП. В картах отсутствуют указания на количество процедур, их длительность, кратность, реакцию на них пациентов. Не применяется психотропная терапия детям, имеющим, по диагностике В.П. Стрельцовой, психические нарушения.

Используются различные психотерапевтические в широком плане методы: арттерапия, рациональная психотерапия, трудотерапия, терапия средой. К последней можно отнести бригадный метод обучения, проживания и взаимного воспитания, практически полную изоляцию от информации из “внешнего” мира (дети не смотрят телевизор, не слушает радио, не читают газет, практически не читают ничего, выходящего за рамки учебного материала), обязательное участие в любых общих мероприятиях, отсутствие возможности выбора или расширения круга внеучебных занятий и интересов в соответствие с индивидуальными способностями и потребностями, отсутствие свободного “личного” времени учебные занятия в течение всего дня и без выходных (за исключением перерывов между “циклами” раз в 3 месяца). Сюда же можно отнести создание атмосферы взаимоуважения, вежливости, неприятия дурных привычек, а также отрицание возможности каких-либо индивидуальных взаимных привязанностей, выходящих за рамки разрешенных сугубо “дружеских” отношении. К особенностям межперсональных отношении можно, отнести привлечение подростков к роли внештатных “воспитателей” по отношению к более младшим или слабее успевающим учащимся с правом контроля за поведением опекаемых, за их учебными успехами и психическим состоянием, при изменении которого такие “воспитатели” могут, в частности, сами проводить опекаемым детям ЭПП.

Несомненно, мощным источником психотерапевтического воздействия является личность В.Д.Столбуна, авторитет которого во всех без исключения вопросах абсолютно непререкаем.

Важным моментом в создании атмосферы абсолютного подчинения и единообразия поведения является постоянная угроза отчисления из интерната (с начала учебного года из СЭШИ была отчислена треть учащихся, причем 17 человек в конце первого полугодия, т.е. по истечении срока, оговоренного как “испытательный” при приеме). К сожалению, не удалось получить сколько-нибудь содержательного объяснения критериев как зачисления в СЭШИ, так и отчисления. Стандартные формулировки протоколов педсоветов (“как не выдержавший испытательного срока” или “по собственному желанию”) не раскрывают сути. Сомнительна вообще применимость Формулировки “по собственному желанию”, по отношению к ребенку. Исходя из устных сообщении В.П.Стрельцовой, несомненно, часть учащихся была отчислена в связи с невозможностью скорригировать их психическое нарушения применяемыми в СЭШИ методами.

Столь же сомнителен, с учетом особенностей детской психики, декларируемый работниками СЭШИ основной критерии приема - “желание учиться”. Неясно, каким образом сочетается утверждение о таком критерии приема, как полное, прежде всего психическое, здоровье, с диагностированием В.П.Стрельцовой более чем у четверти учащихся психической патологии. При этом отсутствует какая-либо документация, которую можно было бы квалифицировать как собственно психиатрически (хотя бы в виде рабочих записей). Предоставленные В.П.Стрельцовой записи личных наблюдений за детьми не имеют отношения к принятой во всем мире Форме психиатрической истории болезни.

В.П.Стрельцова по диплому является врачом без определенной специализации. Она не смогла представить какие-либо документы о прохождении психиатрической специализации, а также, что особенно важно о прохождении специализации, дающей право оказывать психиатрическую помощь детям и подросткам. Применяемые ею методики нейропсихологического обследования не имеют отношения к психиатрической и патопсихологической диагностике.

Особо следует остановиться на основном коррекционном методе, используемом в СЭШИ, на ЭПП. Данная процедура применяется практически всем учащимся (за исключением не более чем 15% детей, судя по их опросам). ЭПП применяется не только В.П.Стрельцовой, но также всеми педагогами, воспитателями, в т.ч. “воспитателями”-подростками, по собственному усмотрению, с частотой до нескольких раз в неделю у одного ребенка и заключается в точечных раздражениях слабым электротоком различных областей в нижней части тела, преимущественно в межягодичной, околоанальной областях, а также в промежности и на внутренних поверхностях бедер. Следует указать, что данные сведения сообщены обследуемыми учащимися, в то время как В.П.Стрельцова указывала лишь на воздействия по акупунктурным точкам в соответствие с общепринятыми руководствами по рефлексотерапии. По утверждению специалистов-рефлексотерапевтов в данных областях отсутствуют традиционные акупунктурные зоны (за исключением “энергетической” точки в промежности). Реакция детей на указанное воздействие однообразна и заключается в ощущении местного слабого болевого раздражения, общей релаксации с последующим более или менее длительным сном, после которого наступает ощущение душевной комфортности с приподнятым настроением в течение нескольких часов.

Механизм данной реакции требует специального исследования. Можно лишь предположить, что раздражение эрогенных зон вызывает определённый суррогат неосознаваемого сексуального удовлетворения, которое у ряда подростков должно формировать желание его повторения и при отсутствии которого возможно отрицательное изменение настроения, что представляет собой одну из форм психологической зависимости.

2. Психиатрическое обследование

Обследовано 17 детей в возрасте от 12 до 16 лет. Психические нарушения различной глубины (от личностных расстройств до аффективно-бредовых состояний с галлюцинаторной сиптоматикой) на момент обследования обнаружены у 7 детей, у 2 диагностика неясна и требует более глубокого исследования. Еще у 2 детей психические нарушения выявлены в недавнем прошлом. Психиатрическая диагностика более чем в 85% совпадает с данными теста Mini-mult Несовпадение с квалификацией состояния детей, данной В.П.Стрельцовой, составляет 41%. Обшей особенностью психического статуса подавляющего большинства обследованных являются отчетливые признаки психического инфантилизма с детскостью суждений, отсутствием собственных осознанных установок на будущее, которые подменяются принятыми в СЭШИ рекомендациями - получить аттестат и поступить в институт, причем ни по уровню способностей, ни по степени сформированности представлений о профессиональном будущем, а у многих детей и по возрасту (12-14 дет) такая перспектива не представляется реальной и целесообразной.

3. Психологическое обследование

Проанализированы данные на 50 детей.

По методике Равен выявлено 5 детей с высоким уровнем развития, 23 - со средним, 15 - с низким и 7 - с очень низким.

По методике Люшера (40 чел.) нормальное эмоциональное состояние установлено лишь у 4 детей (10%), у 19 - выраженное повышение индекса тревожности, из них у 6 - очень высокая степень тревожности; у 20 - выраженное состояние стресса (для 10 детей сложившиеся отношения тягостны, потребность в свободе действий сталкивается с опасениями разрыва контактов; у 10 человек ситуация вызывает неудовольствие, подавлена потребность в самореализации, выявляется тревожное беспокойство, высокий уровень конфликта); у 11 - ярко выраженная тенденция к отгороженности от внешнего мира, замкнутость. отключения от общения, желание социальной изоляции; у 8 - выраженный протест и негативизм к действительности, агрессивно-деструктивная импульсивная динамика по отношению к существующей ситуации. Указанные особенности у многих из 36 детей существуют в комплексе, что с очевидностью вытекает из общего количества расстройств (50). По рисуночному тесту “несуществующее животное” (46 чел.) норде показатели также лишь у 4 детей (9%). У остальных обнаруживается тенденция к инфантилизму, спонтанной агрессии, пассивно-оборонительной, отгороженности от внешнего мира, неуверенность, тревожность.

Таким образом, психолого-психиатрическое обследование показало, что уровень психических нарушений, как и средний уровень интеллектуального развития среди учащихся СЭШИ существенно не отличается от популяционного, но при этом дети лишены возможности получать квалифицированную медицинскую помощь. Активно выражаемое личностное благополучие является не более чем фасадом, за которым у подавляющего большинства детей скрыты тревожность, подавленные желания и стремления, отчетливые признаки глубокой личностной дезадаптации, подавленный протест, а также в ряде случаев скрытая агрессивная установка в отношении условии существования.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Отвечая на вопросы, поставленные экспертами перед собой, можно утверждать, что

1. Поставленные СЭШИ задачи по лечебно-коррекционной работе с детьми адекватны существующей ситуации в школьном обучении, особенно сложной для детей с пограничными нервно-психическими расстройствами, Однако применяемые в СЭШИ лечебно-диагностические методы трудно признать соответствующими современному научному уровню в области коррекционной педагогики, за исключением некоторых психотерапевтических и средовых подходов.

2. Методическое, организационное и кадровое обеспечение в СЭШИ совершенно не соответствует выполнению уставных задач в плане коррекционной медико-психологической работы с детьми и их семьями.

3. Отсутствует необходимая диагностическая и лечебно-коррекционная документация.

4. Отсутствует система опенок эффективности проводимой работы. Утверждение работников СЭШИ об очень высоком проценте поступлений в ВУЗы по ее окончании не соответствует действительности, т.к. нельзя принимать в расчет поступления в негосударственные заведения с аттестатами негосударственного образца.

5. Экспертная психиатрическая и особенно психологическая диагностика состояний детей мало соответствует психиатрической диагностике и совершенно не соответствует оценке психологического состояния учащихся, даваемой работниками СЭШИ.

6. Не представляется возможным выявить степень соответствия экспертной оценки результатов коррекционной работы в СЭШИ мониторингу, проводимому работниками СЭШИ, поскольку такой мониторинг в адекватной методической форме не проводится.

По основному вопросу, поставленному перед экспертами Комиссией по правам человека при Президенте РФ, следует дать следующее заключение:

в Ступинской экстерной школе-интернате происходит нарушение прав ребенка,

исходя из КОНВЕНЦИИ ООН О ПРАВАХ РЕБЕНКА, ратифицированной Российской Федерацией, в отношении

1) наилучшего обеспечения интересов ребенка (ст. 5, ч. 1);

2) уважения права на сохранение своей индивидуальности (ст. 8, ч. 1);

3) права на свободу искать, получать и передавать информацию и идеи любого рода (ст. 13, ч. 1);

4) права на личную жизнь (ст. 16, ч, 1);

5) права на доступ к средствам массовой информации (ст. 17);

6) права на защиту от всех Форм Физического и психологического насилия (ст. 19, ч. 1);

7) права на пользование наиболее совершенными услугами системы здравоохранения и средствами лечения (ст. 24, ч. 1);

8) права на развитие личности, талантов и умственных и физических способностей в полном объеме (ст. 29, ч. 1а);

9) права на отдых и досуг... свободное участие в культурной жизни (ст. 31, ч. 1);

исходя из Закона РФ об оказании психиатрической помощи населению, в отношении

1) права на информированное согласие при получении психиатрической помощи (ст. 4, п. 1);

2) получения психиатрической помощи только от лип, имеющих соответствующее профессиональное образование (ст. 18, п. п. 1, 2).

17 марта 1994 г.

Президент НАДПП,

ведущий научный сотрудник

НЦ психического здоровья РАМН

А.А.Северный

Члены НАДПП

Руководитель психологической службы гимназии №654

Т.В.Кодесс

Научный сотрудник МНИИ психиатрии МЗ РФ

Г.З. Батыгина

Дефектолог Комплекса социальной помощи детям и подросткам

В.Н. Самойлова

 

Hosted by uCoz